Вместо родственника главного осинского полицейского садят простого парня

Свой системы

«16.08.2018 г. в 22.45 в Осинском районе на а/д Кукуштан-Чайковский 89 км 550 м произошло ДТП, где 16-летний пассажир мотоцикла FOSTI получил смертельную травму, а 19-летний водитель мотоцикла получил травмы и был госпитализирован в ЦРБ г. Оса. По предварительной информации 23-летний водитель управляя а/м ВАЗ- 21101 не выбрал скорость обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспорта, в результате чего допустил столкновение с движущимся в попутном направлении мотоциклом FOSTI без государственного номера. В результате 16-летний подросток получил смертельную травму, водитель мотоцикла с травмами был госпитализирован в ЦРБ г. Оса», — такой пресс-релиз распространило ГИБДД 25 августа, спустя 9 дней после ДТП.

2 мая 2019 года Осинский районный суд признал водителя автомобиля виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ (Нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека) и назначил ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года и 3 месяца, с отбыванием наказания в колонии-поселении. К тому же с обвиняемого взыскана компенсация морального вреда в размере 800 тысяч рублей в пользу матери погибшего и 600 тысяч рублей в пользу отца.

Казалось бы, есть преступление, и есть наказание. Самое время поставить точку. Система правопорядка отработала как часы. Но вот на кого она отработала давайте поразбираемся.

Начну с того, что все изложенные факты получены в ходе судебного разбирательства и из материалов дела. Итак, для начала, восстановим картину произошедшего.

В одиннадцатом часу вечера ребята выпили пива и поехали на мопеде из д. Козлова в г. Оса. Каски одевать не стали. Приблизившись к перекрёстку с автодорогой Кукштан-Чайковский, без остановки вырулили направо, на асфальт. Хотя водитель мопеда и видел свет фар приближающегося слева автомобиля, но, невзирая на знак, уступать дорогу не стал, и они поехали в Осу. Навстречу им двигалась фура, из-за чего им примерно метр пришлось проехать по обочине. Затем они выехали на дорогу и начали разгон. Проехав так около 80 метров от перекрёстка (в схеме ДТП почему-то перекрёсток не был указан), сзади их догнал автомобиль – ВАЗ 2110 – которому они не уступили дорогу. После разъезда с той самой фурой водитель десятки ещё не успел включить дальний свет. От удара пассажир мопеда слетел, ударился головой о лобовое стекло автомобиля (на фото видна паутинка на лобовом стекле в районе салонного зеркала заднего вида) и упал на обочину. Травмы оказались смертельными. При столкновении мопед зацепился за автомобиль в том же положении, как и ехал. И всё время пока автомобиль тормозил так и висел на капоте. А на мопеде держался его водитель. Только, когда водитель автомобиля при торможении предпринял манёвр, чтобы мопед не затащило под машину, мопед отцепился и упал, от чего водитель мопеда получил лёгкие травмы. При осмотре места происшествия было установлено, что у мопеда не было госномера, а также была как минимум одна неисправность – не работал задний фонарь, т.к. его просто не было. В рюкзаке одного из ребят обнаружили почти допитую 2-х литровую бутылку пива, такую же, но целую бутылку пива и рюмку с солёным огурцом. Медицинское освидетельствование показало, что водитель автомобиля ВАЗ 2110 был трезв, водитель мопеда был «слегка» пьян.

На первый взгляд в вине водителя мопеда, который неверно оценил расстояние до автомобиля, двигавшегося по главной дороге, сложно усомниться. А если брать в расчёт тот факт, что мопед не было видно, вообще никак – ни катафотов, ни фонарей, ни госномера – к тому же водитель мопеда был ещё и «под шафе», и при этом вёз пассажира без шлема, то вопросов вообще не должно оставаться. При таких обстоятельствах приговор суда кажется, мягко говоря, абсурдным.
В такой ситуации в воспоминаниях невольно всплывает цитата из известной советской комедии: «Да здравствует наш суд, самый гуманный суд в мире!». Но, к сожалению, в этой истории комедией даже не пахнет. Теперь давайте попытаемся разобраться, почему же судья принял решение вынести обвинительный приговор 23-летнему водителю автомобиля.

Суд, главным образом, ссылается на превышение скорости водителем «десятки», которая была установлена в ходе экспертизы. Согласно её результатам, скорость составила 97,3 км/час. А скорость мопеда определили в ходе эксперимента. Она составила 50 км/ч. На заседании 16 апреля 2019 года защита подсудимого водителя ВАЗ-2110 полностью опровергла главные доказательства. Приглашённый независимый эксперт детально рассказал почему результаты экспертизы и эксперимента, проведённых в рамках следствия, недостоверны. При проведении экспертизы эксперты высчитывают скорость автомобиля по сложной формуле, с множеством коэффициентов, основываясь на длине тормозного пути. Независимый эксперт показал, что часть коэффициентов взята не правильно. Также не учтено, что от столкновения разгерметизировалась система охлаждения автомобиля и охлаждающая жидкость под давлением, создаваемым помпой, лилась из лопнувшего патрубка (которые на этих машинах находятся с левой стороны) под левые колёса, что увеличило тормозной путь. И на фотографии видно, что переднее левое колесо автомобиля сырое. Был ещё ряд моментов, на которых независимый эксперт заострил внимание, что в совокупности говорило о том, что скорость автомобиля определена неверно, и скорее всего, она была, как и заявлял обвиняемый, 80 км/ч. Скорость мопеда также была определена, мягко говоря, неправильно. Водитель мопеда утверждал, что его скорость на момент ДТП была 50 км/ч, при том, что спидометр его мопеда не работал. Это он определил по своим субъективным ощущениям. На эксперименте он разгонялся на другом мопеде (хотя следствие не определило характеристики мопеда участника ДТП, но как-то следователь определил, что какой-то другой визуально похожий мопед имеет аналогичные характеристики) за ним ехал автомобиль ВАЗ 2112 и при достижении нужной скорости подавал сигнал, и скорость фиксировалась по показаниям спидометра двенашки. Важно отметить, что скорость 50 км/час он смог набрать намного дальше места ДТП. По правилам, для определения скорости водитель двухколёсного транспортного средства делает 3 заезда, в нашем случае он должен был 3 раза проехать по траектории движения до места ДТП, при этом замеряется дистанция и время. Далее, путём нехитрой математической операции, высчитывается скорость. Обращая внимание на все эти моменты, защита требовала вернуть дело в прокуратуру.

Такая внимательность стороны защиты произвела эффект разорвавшейся бомбы. За голову схватились все – и судья, и прокуратура, и следствие. К такому повороту событий они явно небыли готовы. Всё обвинение рассыпалось на глазах. Судья был явно не готов выносить обвинительный приговор на основе «таких» доказательств. Прокуратуре забрать дело обратно – значит признать свою ошибку, что не поощряется сверху. Закипишили. Вечером того же дня с семьёй обвиняемого связалась женщина, представилась следователем, и предложила нанять ещё одного адвоката, а в суде ходатайствовать о переносе дела, якобы для того, чтобы дать ему ознакомится с материалами дела. Фантастически оборзевшая система. Чтобы выгадать время на поиски оправданий и выстраивания дальнейшей линии обвинения, они предложили обвиняемому ещё потратить денег, наняв адвоката. Иными словами – потрать денег, чтобы мы тебя качественнее посадили… Такая наглость не прокатила. Но всё-таки выход был найден. Председательствующий судья Кривоносов ушёл на больничный, аж почти на месяц. Может, конечно, так совпало, ведь он действительно прихрамывал.

Спустя месяц, заседание продолжилось. На заседании сложилось впечатление, что для экспертов, делавших экспертизу для следствия, приготовили речь. Об этом свидетельствует, например то, как они отвечали на вопросы прокурора Аптукова и как категорически отказывались отвечать на вопросы защиты. Практически на все вопросы эксперт отвечал: «вопрос не по существу». Ещё пояснил, что экспертиза делалась на основе данных следователя Цаплина. В каких-либо других обстоятельствах он не разбирался. И слова эксперта чуть ли не слово в слово легли в основу обвинительного заключения. Как будто шпаргалку эксперта отдали судье, чтобы проще было.
Было ещё много нестыковок в этом деле, многие лежат в юридической плоскости, для наглядности приведу одну из них. Один из понятых, присутствовавших при проведении следственного эксперимента, во время судебного заседания сообщил, что во время эксперимента находился в состоянии алкогольного опьянения. О том, что понятой не понимал всей ответственности, которая на него возложена, подтверждает и тот факт, что он покинул место следственного действия, не дождавшись его завершения. В судебном заседании было достоверно установлено, что понятой не присутствовал всё время при проведении следственного действия, поэтому утверждение суда, что все установленные при следственном действии данные были точно отражены и подписаны понятыми является неверным.

В итоге судья вынес приговор, описанный в начале статьи. У судьи не нашлось оснований не доверять профессионализму эксперта следствия, а про неправильный замер скорости мопеда – это оказалось несущественным. Как и много ещё чего. А про пьяного понятого в приговоре указано, что такое заявление, сделано с целью опорочить доказательство и признать его недопустимым. Кроме того, степень повреждения автомобиля в приговоре указана как доказательство того, что водитель ВАЗ 2110 Зверев ехал быстро. На первый взгляд они ужасны. Но стоит понимать, что речь идёт об отечественном авто, у которого после движения по трассе, на капоте вмятины от мух остаются. Раскололся бампер, усилитель бампера загнулся и повредил радиатор. Рама мопеда помяла капот. Даже фары не отпали. При этом судья «не обратил внимания» на то, что мопед китайского производства остался целым, не считая отпавшей сидушки.

И, как говорится, «концы в воду». О том, что на суде творится что-то неладное, красноречиво говорит и тот факт, что представитель прокуратуры Аптуков потребовал у журналиста газеты «Мир предложений» удалить аудиозапись заседания, которую вёл журналист, предварительно согласовав это с судом. Этим как раз он и показал, кто в судейском доме хозяин. Мало ли что там судья разрешил.

Для обвинения было жизненно важно доказать, что скорость ВАЗ 2110 была 97,3 км/ч, а скорость мопеда 50 км/ч. Иначе, если бы обвиняемый сумел доказать, что он ехал около 80, значит он избрал верную скорость движения, и в силу объективных причин не имел технической возможности предотвратить ДТП. Но есть труп несовершеннолетнего. И кто-то за него должен понести ответственность. Оправдать Зверева, на месте которого мог оказаться любой из нас, и обвинить водителя мопеда Смирнова, который сделал всё чтобы ДТП произошло? А нельзя его обвинять. На суде Смирнов пояснил, что главный осинский полицейский Дьяконов является его крёстным отцом. А по информации редакции, мать Дьяконова является опекуном Смирнова. Приёмный брат получается. Вот и ответ.

Вся хитрость в том и заключалась – нужно было немного скорректировать результаты экспертиз, чтобы скорость была высокой. А дальше всё как по накатанной. Прокуратура выходит в суд, и судья выносит приговор. Что там судьба молодого парня, когда на кону честь мундира и выговор от руководства? Никто заднюю не включит. Эксперт не признаётся, что намудрил с экспертизой. Прокуратура не захочет возвращать дело обратно. Но вот почему судья на это пошёл? Солидарность системе? И родственник останется на свободе, кого-нибудь ещё катать на мопеде.

Так что, дорогие читатели, не ездите в тёмное время суток. Так безопаснее. Вдруг там поедет с нарушением всех возможных правил дорожного движения, написанных, кстати говоря, на основе реальных смертельных ДТП, родственник полиции, прокуратуры или суда и что-то произойдёт? Думаете инспекторы ГИБДД обезопасят дороги и вас от таких Смирновых?

Кстати, защита обвиняемого подала апелляцию, будут искать правду в краевом суде.

 Евгений Блинов